The Prime Russian Magazine

Е. К.

Что означает ваше имя?

М. К. А.

«Молефи» на языке суто означает «тот, кто соблюдает традиции», «Кете» — «тот, кто любит музыку», Асанте — распространенная фамилия среди народа акан в Гане. Это имя было дано мне королем аканского народа в Гане в 1972 году. Что до моего настоящего имени, Артур Ли Смит — младший, то оно вообще никак не отражает мою культуру, это просто распространенное имя среди афроамериканцев.

Е. К.

В чем суть движения афроцентризма? Чем оно отличается от панафриканизма?

М. К. А.

Во-первых, я хотел бы вас поправить. Я не называю движение афроцентризмом, так нас называют лишь критики, на самом деле его имя — афроцентричность. Это движение за освобождение людей, которых в прошлом подвергали угнетению. В западном мире люди африканского происхождения всегда находились на обочине, и не только физически (речь о рабстве в Америке), но и культурно, интеллектуально. Их система ценностей и традиций была уничтожена из‑за психологического сдвига. Так что во многом афроцентричность есть реакция на этот сдвиг, в том числе психологический — потерю способности к самоопределению у африканского народа.
    Афроцентричность — это теория, согласно которой африканцы должны воспринимать себя как субъектов с собственным нарративом, а не как второсортный народ на периферии европейской истории. Это, если вкратце — сущность афроцентричности, и это революционная теория, потому что она отрицает монополию евроцентристского взгляда на историю. Афроцентричность отличается от панафриканизма, идея которого заключается в объединении всех африканских государств. Можно сказать, что афроцентричность — необходимый двигатель для панафриканизма: невозможно представить объединение африканских государств без интеллектуальной теории культурного единства. Ведь миром управляют идеи. Панафриканизм будет возможен, только если люди, живущие в Африке, и африканская диаспора осознают необходимость прежде всего самоопределения и будут защищать свою культуру, свои традиции. Без первоначальной борьбы с психологической дислокацией панафриканизм останется просто пустым звуком.

Е. К.

Ваша теория более всего популярна в Америке. Как к ней относятся в других частях света?

М. К. А.

Это вовсе не сугубо американский феномен; я бы сказал, что это трансконтинентальная теория. В Зимбаве, ЮАР, Нигерии можно найти множество последователей, так же как и в африканских сообществах Европы. Как любая другая интеллектуальная теория, афроцентричность может изучаться — и разделяться — кем угодно. Существуют замечательные эксперты и в Японии, Германии, Франции, Англии.

Е. К.

С учетом того, что афроцентричность — именно интеллектуальная теория, изучающая феномен психологического сдвига, возникает вопрос: как она может помочь решить такие насущные проблемы афроамериканцев или афроевропейцев, как бедность, безработица, низкий уровень образования?

М. К. А.

Это очень важный вопрос. В 1865 году, когда отменили рабство, в Америке было четыре с половиной миллиона африканцев. В 1888 году рабство было также упразднено и в Бразилии. Сейчас в Бразилии и Америке самая высокая концентрация африканского населения за пределами Африки: в Бразилии около 80 млн, а в Америке — 40 млн. Чтобы продолжать угнетение такой значительной части населения, было необходимо поддерживать психологический сдвиг и общую дезориентацию, чтобы африканцы воспринимали свое маргинальное положение в обществе как естественное. Афроцентричность утверждает, что первый шаг к решению любых проблем — это изменения ментальности, привитие самосознания посредством изучения многовековой истории африканского народа. В противном случае с какими бы проблемами они не сталкивались ежедневно (будь то бедность, голод, неприкаянность), они будут продолжать думать, что это их вина, а общество вокруг всегда будет радо это подтвердить.

Е. К.

В таком случае афроцентричность подразумевает политическую идеологию?

М. К. А.

Конечно, философские теории всегда имеют политическую подоплеку. Афроцентричность в конечном счете борется за то, чтобы африканцы освободились от ощущения себя рабами, вкалывающими на плантациях Запада.
    Есть поразительный пример, подтверждающий мои слова. В XIX веке Гарриет Табмен спасла 300 рабов, вывезя их из Мэриленда в Пенсильванию, и когда ее спросили, почему она, совершив 19 поездок, спасла лишь 300 человек, Табмен ответила, что она могла бы спасти и тысячу, если бы только они знали, что они рабы. Современное западное общество убедило африканцев, что они неспособны к независимым действиям, и дало им достаточно игрушек, отвлекающих их от борьбы, то есть средств, которые удерживают их на условной плантации. Так что афроцентричность — это прогрессивная теория, левая, если хотите.
    Афроцентричность поднимает тему, которая никогда не освещалась ни на Западе, ни на Востоке, — важность Африки в развитии мировой истории. Африка — это родина древнейших цивилизаций и такого революционного концепта, как Маат. Однако никто из ученых не обращает внимания на Африку, хотя именно там появились первые люди и большая часть истории Homo sapiens прошла именно в Африке, до распространения на другие континенты. Я считаю, что необходимо исследование древних африканских обычаев, представлений о мире, природе. Евроцентризм не должен считаться истиной в последней инстанции, универсальной теорией, есть другие способы смотреть на мир!

Small_8d

Маат

Египетская богиня, персонифицирующая истину, справедливость, вселенскую гармонию, божественное установление и этическую норму. Изображалась в виде сидящей женщины со страусиным пером на голове, иногда крылатой. Маат символизировала собой закон, дарованный богом-творцом во время сотворения мира, согласно которому сменяют друг друга времена года, движутся в небесах звезды и планеты, существуют и взаимодействуют боги и люди.

Е. К.

Движение афроцентричности как‑то связано с деятелями прошлого? Движение за гражданские права — Мартин Лютер Кинг, Малкольм Икс? Или борьба против апартеида в ЮАР? Нельсон Мандела — афроцентрист?

М. К. А.

Нет-нет, это совершенно другая история. Никто из них не был афроцентристом. Был такой сенегальский политик и ученый Шейх Анта Диоп, автор книги «Цивилизация или варварство?», вот он был лидером оппозиционной партии, его, пожалуй, можно отнести к афроцентричности.
    Что до Манделы, то он был типичным евроцентристом, я встречался с ним однажды и, разумеется, читал его работы. Конечно, у него есть некие идеи об африканской независимости, но если говорить о ЮАР, то там самое крупное движение за независимость чернокожих и черного самосознания возглавлял Стив Бико. Мандела же не основывал свои идеи на африканской аутентичности, и его борьба имела общегуманистический характер, вполне европейского толка.

Е. К.

Основа афроцентричности — это прежде всего культурное единство африканского народа?

М. К. А.

Да, но не только. Это очень своевременный ответ разным формам угнетения — расовым, классовым, религиозным, даже гендерным. Повторяю, это радикальная прореволюционная идеология.

Е. К.

Академические ученые часто критикуют вашу теорию за ненаучность, называя ее мифической, опирающейся на политику идентичности.

М. К. А.

Я в курсе, что нас очень много критикуют, и в основном те, кто даже не читал самих работ. Это просто смешно. Кстати недавно вышла книга португальской исследовательницы Аны Монтейру-Феррейры «Закат бесчеловечности» (The Demise of the Inhuman), которая критикует модернизм и постмодернизм именно с афроцентристской позиции, рекомендую. Оппоненты, конечно, не читают наши книги, и их бы крайне удивил тот факт, что афроцентристами могут быть белые американцы или европейцы. Исходя из поверхностного чтения и разных расистских источников многие думают, что афроцентричность — это какая‑то новая африканская религия, тогда как это просто другой способ смотреть на мир, и он может быть близок не только африканцам.

Е. К.

Вы часто пишете и упоминаете в работах об африканской диаспоре. Обычно диаспора — все же национальное явление, в вашем же случае речь идет о континентальном родстве. Такое единство возможно? Разве афроамериканский опыт схож с опытом африканцев в той же Европе?

М. К. А.

Это очень интересный вопрос, и частично вы правы. Но единство все‑таки существует. Так, в самой Африке была популярна идея о создании африканского союза, куда смогут переехать люди африканского происхождения со всего мира. Африканцы, разбросанные по миру, — конечно, разные: есть потомки рабов, есть те, кто просто недавно переехал учиться и жить в Америку или Европу. И все они — члены одной диаспоры и продукт черного холокоста или, как говорят африканцы, maafa, что на суахили означает «ужасная трагедия». Я утверждаю, что любой член диаспоры испытал некую форму психологической дезориентации, будь то рабство или эмиграция.
    Что касается африканцев в Европе: да, они не были в рабстве, но они — выходцы из европейских колоний, и, уверяю вас, у них может быть не меньший комплекс неполноценности. А африканцы в Мексике, например? Там около 400 африканских деревень, чьи жители считают себя именно африканцами, а не мексиканцами (о них была недавно статья в The New York Times). То есть единство самоопределения безусловно есть. В этом смысле африканская диаспора действительно уникальна — потому что это не национальный союз, а союз, основанный на одинаковых трудностях и схожем опыте. Как отметил Маркус Гарви еще в 1920‑х годах, путешествуя по Латинской Америке и Вест-Индии, африканцы в любых странах находятся в самом низу социальной и экономической лестницы. Это абсолютно неестественное положение дел. Если у людей равные шансы и возможности, тогда ведь где‑то белые люди должны быть беднее, а черные богаче? Но нет: куда бы он ни поехал, всегда было наоборот — так и сегодня в Бразилии, Канаде, во Франции, на Кубе. Это заставляет задуматься, и я лично уверен, что решение проблемы лежит в создании идеологии, которая вдохновит африканцев по всему миру, заставит их осознать собственную ценность и перестать считать себя хуже, глупее белых людей.

Small_9d

Маркус Гарви (1887 – 1940)

Общественный деятель, основатель Всемирной ассоциации по улучшению положения негров (он учредил ее на Ямайке, откуда, собственно, и был родом). Предрекал коронацию черного короля на Африканском континенте, утверждал, что причины успехов белых кроются в особенностях воспитания, так как белые учат своих детей превосходству над другими расами. Из этого Гарви делал вывод, что если чернокожие начнут учить своих детей превосходству, то и равновеликие европейским свершения также не заставят себя ждать. В 1922 году был осужден за финансовые махинации. В сериале «Подпольная империя» можно усмотреть намеки на его деятельность.

Е. К.

Вы всерьез полагаете, что это возможно? Те же афроамериканцы — скорее американцы, чем африканцы, они оторваны от корней много поколений назад.

М. К. А.

Используя марксистскую терминологию, я бы сказал, что у них ложное сознание именно потому, что они не знают о своем африканском наследии, не гордятся им. Если же их познакомить с собственными культурой, традициями, у них будет совсем другое ощущение себя, они наконец уразумеют, что они не люди второго сорта. Ложное сознание, кстати, присуще не только афроамериканцам, но и африканцам по всему миру. Способность к самоопределению — это, пожалуй, самая важная черта, которую необходимо привить африканцам. Конечно, всегда существовало сознательное меньшинство африканцев, которое боролось с собственным угнетением, не считая его естественным. Поэтому крупнейшие африканские движения — именно националистические. Так, например, в ассоциации Маркуса Гарви было десять миллионов человек! «Черные пантеры» — тоже пример подобного движения. Бобби Сил, кстати, — мой хороший друг.

Small_hhhhhh

Бобби Сил (род. 1936)

Политический активист, один из лидеров леворадикальной негритянской группировки «Черные пантеры» — ключевого контркультурного феномена 1960‑х годов, оказавшего огромное влияние на афроамериканское самосознание вообще и на рэп в частности. Писал как политические манифесты, так и кулинарные книги.

Е. К.

Когда вы пишете об афроцентристском образовании, что вы имеете в виду? Обучать детей африканской культуре?

М. К. А.

Ну да, у всех образование всегда начинается с изучения собственной культуры — русской, итальянской, китайской, — но только не у африканцев. Получается, что уже с детского сада африканские дети знакомятся исключительно с европейской или иной белой культурой, но никак не своей, и это их безусловно неосознанно травмирует и формирует ложное сознание. Например, американские евреи с детства изучают свою культуру и гордятся ею, тогда как у афроамериканцев нет никаких соответствующих культурных учреждений.

Е. К.

То есть если африканцы будут, допустим, уверены в том, что цивилизация зародилась именно в долине Нила, они будут относиться к себе по‑другому?

М. К. А.

Конечно! Такая информация исключительно важна. Почему, например, в ЮАР даже после отмены политики апартеида черное население чувствует себя вторым сортом? Потому что их не учили в детстве собственной истории. Современное поколение южноафриканцев, которые родились уже после освобождения Манделы, не понимает важности и сути борьбы против апартеида, так что психологическая дезориентация присутствует даже у африканцев, проживающих непосредственно в Африке! Люди должны сперва узнать о себе. Иначе получается, будто африканцы живут на задворках истории, — естественно, это влияет на их самооценку.

Е. К.

Вы родились и выросли в Джорджии на американском Юге, где расизм традиционно сильнее. Этот опыт вас как‑то подтолкнул?

М. К. А.

Разумеется, это и сделало меня тем, кто я есть. В 12 лет — моя первая работа — я был чистильщиком обуви в парикмахерской для белых людей, еще при сегрегации. Однажды один из клиентов плюнул в меня и стал смеяться вместе с другими посетителями. А я никак не мог ответить ему. Знаете, такое не забывается. В этом смысле культура Юга была особенно отвратительна. Сейчас, конечно, стало получше, но все равно расизм там очень силен, просто несколько завуалирован.

Е. К.

В конце концов, существует же мощная система чисто экономического угнетения, она ведь никуда не денется, даже если африканцы изменят свое отношение к себе?

М. К. А.

Так необходимо бороться! Я же не говорю, что это будет просто, и не обвиняю во всех бедах лишь ложное сознание самих африканцев. Просто пока основная проблема заключается в том, что большинство их даже не представляют, с чем именно им бороться.

comments powered by Disqus