The Prime Russian Magazine

Big_1

Реза Калили
Время предавать

Имя автора — вымышленное. Активист антишахского переворота 1979 г., вступивший в иранский Корпус стражей исламской революции, со временем радикально отошел от «линии имама» и, решив, что пришло «время предавать», добровольно стал агентом ЦРУ. В этой книге много странного. Слишком показательно выглядят судьбы «трех мушкетеров», главных героев книги, в прошлом — закадычных друзей: один стал врагом новой власти и был убит, второй перешел на службу в корпус стражей и сделал карьеру, а третий (автор) одумался и ступил на путь предательства. Слишком отвечает зловещий образ шиитской теократии той сконструированной в Америке контрастной картине мира, где Иран нарисован новым Мордором. Вызывает подозрение и внезапная — задним числом — идеализация светского Ирана. Даже псевдоним автора, Реза, совпадет с именем предпоследнего опального шаха. Не стоит забывать, что Реза Калили — тот самый человек, который год назад напугал слушателей радиостанции TruNews информацией о том, что Иран готовится за шесть месяцев истребить половину населения земного шара, исполняя пророчество о конце времен. (Н. Б.)

Рышард Капущинский
Шахиншах

Автор, легендарный польский репортер, ставший свидетелем 28 революций, из разрозненных материалов, скопившихся на рабочем столе, собирает картину событий, исследуя механизм крушения режима шаха Резы Пехлеви. Цитаты из газетных вырезок, расшифровка диктофонных записей, архивные фотографии, разговоры на улицах, телевизионные комментарии — в книге так же много выступлений от «первого лица», как и самих «лиц». Как случилось, что страна, которая в начале 1950‑х гг. обрела почти идеальный правящий дуэт — светского бонвивана шаха и премьера-демократа Моссадыка — стала жертвой большой международной авантюры, в результате которой парни, вчера танцевавшие рок-н-ролл, встали под знамена фундаментализма? Капущинский пытается обнаружить точки невозврата, когда становится возможным то, что вчера казалось бредом. В книге есть ключевая метафора: Иран дал миру исключительно бесполезные с производственной точки зрения вещи — поэзию, миниатюру и ковер; если лезть в эту страну с меркантильными целями, непременно напорешься на неприятность. (Н. Б.)

Big_2

Маржан Сатрапи
Персеполис

Захватывающие мемуары ирано-французской писательницы, сделанные в виде комикса. Маржан Сатрапи, в конце 1970‑х гг. девочка из богатой вестернизированной семьи, рассказывает о потрясенном революцией и войной с Ираком Тегеране. Родители Сатрапи — убежденные марксисты и противники шахской монархии — ратуют за революцию, однако, когда исламские фундаменталисты захватывают власть и устанавливают строгие законы шариата, разочаровываются в ней. Сатрапи, уже подросток, не хочет подчиняться новым законам, она слушает Iron Maiden, носит джинсы, кроссовки Nike и еле прикрывающий голову платок. Из-за опасности, которой она себя подвергает, родители решают отправить ее во французский лицей в Вене. «Персеполис» полон захватывающих автобиографический деталей частной «харамной» жизни светских иранцев: дядя Маржан занимается производством вина в домашних условиях с помощью своей религиозной служанки, которая давит ногами виноград прямо в ванной, одновременно отчаянно прося прощения у Аллаха. С исторической точки зрения книга довольно предвзятая и отражает взгляд именно бывшей иранской элиты, но она и не претендует на статус учебника. В ряду десятков достаточно штампованных мемуаров о постреволюционном Иране, «Персеполис», безусловно, один из самых интересных благодаря талантливым выразительным рисункам и личному — трогательному и остроумному одновременно — повествованию. (Е. К.)

Big_3

Анри Корбен
Световой человек в иранском суфизме

Лик, источник света и воспринимающий его «световой человек» — ключевые темы, имеющие специфическую интерпретацию в рамках зороастризма, манихейства, герметики и суфизма. Их суть включает в себя ряд географических терминов, однако в данном случае речь идет о географии мистической (Север как порог инобытия, Первовосток как небесный полюс духовного восхождения), определяющей не путь, а связанную с Востоком, в том числе этимологически, ориентацию человека, точку его присутствия. «Световой человек» — сущность реальности, человек вечный, представляющий собой в то же время двойника живущего на Земле — и одновременно ту силу, которая ведет сокрытую в нас частицу Света к воссоединению со своим целым; в нем сокрыт центр бытия, точка единения противоположностей — истока и цели, пути и провидения, божественного и сатанинского, дня и ночи. Автор книги, крупнейший французский философ, историк религий и востоковед Анри Корбен, на основании главных иранских теологических и философских текстов анализирует природу силы света, архетип и физиологию «светового человека», способы восприятия света через различные органы чувств (цвето-световые видения, «слух сердца», позволяющий услышать послание свыше и смысл откровений). Учение о свете, одна из основ восточных мистических учений (в частности, иранского суфизма), стала важным компонентом искусства манихейской иконографии и персидской миниатюры. (А. Ю.)

comments powered by Disqus