The Prime Russian Magazine

Где-то примерно на двадцать пятой фотографии понимаешь, что здесь что-то не так. Здесь нет людей.

– Здравствуйте, дорогой стул.

– Приветствую вас, уважаемый стул.

– Что-то погода нас нынче не балует.

– Да, действительно.

Здесь люди, очевидно, лишние.

Более того. Не то чтобы они здесь были и потом куда-то ушли – нет. Их (нас, людей) здесь не было никогда.

Это мне очень близко – по некоторым причинам.

Так получилось, что я два года назад взялся за описание города. Придумал себе город, вернее, не придумал, а выбрал из реальности – такой, чтобы было не очень далеко ездить из Москвы. Чтобы было легко ездить каждый месяц туда. И ездил – каждый месяц двенадцать месяцев подряд. Гулял по городу, ходил по городу и так далее.

То есть обследовал город извне. Старался не общаться с жителями города, а просто наблюдать город с внешней стороны. Хотя бы потому, что не очень понимал, как изучать город с внутренней стороны.

Теперь понимаю.

– Любезная кровать, как вам нынешний вид из окна?

– Дорогой шкаф, неплохо, неплохо. Разве что эта стройка.

Тут напрашивается не очень аппетитное сравнение. Ну а что делать. Это как два врача осматривают пациента. Один – внешне. Наличие конечностей. Чистота кожных покровов. Глазные яблоки. И так далее. А другой – внутренне, путем засовывания специальной видеокамеры в желудок человека или в другое место, в общем, человека можно представить в виде трубы: снаружи одно, а внутри другое, снаружи кожа и покровы, а внутри – слизистая оболочка и другое.

Вот эта серия фотографий – это именно оно и есть. Внутренний осмотр.

Там есть одна фотография: две кровати, а между ними – капельница. Стоит поразмышлять над этим. Буквально пару минут. Дело в том, что не стоит думать, будто на эту кровать лягут люди (ляжет человек), что по проводам потечет раствор в вену человека и ему станет лучше.

Нет, не потечет и не станет.

Это просто кровати. Они будут стоять вечно, до времени собственного разрушения. А капельница просто нужна для поддержания силы кроватей.

– Уважаемая кровать, как вы себя сегодня чувствуете?

– Спасибо, ничего, знаете, гораздо лучше, чем вчера.

Стулья, кровати, шкафы.

Отсутствие человека здесь настолько естественно, что не воспринимается как что-то невероятное. Люди что-то создали и ушли. Более того, возникает вопрос: люди ли создали все это?

Или, может быть, все эти мертвые предметы организовали себя и пригласили людей, а люди не пришли?

Все может быть в этом призрачном, сумеречном карельском городе.

Когда смотришь на эти фотографии, волей-неволей создаешь образ города.

Это, конечно, очень красиво сказано – образ города.

Город представляется себе примерно так.

Нет, сначала все же:

– Дорогой стол, как дела?

– Да ничего, уважаемый стул. Ничего. Мы ведь держимся?

Так вот, город.

Какой он, этот город? Ведь этот проект не что иное, как описание города?

Ну, как вам сказать. Город – это такой кубический объект. Метров примерно пятьдесят (половина футбольного поля) на пятьдесят. Куб. Или сто на сто, не знаю даже. И внутри он сплошной, там нет двора, и там везде комнаты и кабинеты, и только некоторые из них имеют окна, а большинство не имеет, они пребывают в темноте и в электрическом свете, и надо как-то с этим мириться.

И это кубическое здание стоит на ровной поверхности земли, ровная земля, вдали виднеется лес, в другой дали виднеется озеро – все как и должно быть в Карелии, и больше ничего нет, только это здание, это и есть город, зачем, зачем что-то еще, есть кубическое здание, есть поверхность земли и все, зачем, зачем, зачем.

– Дорогой стул, как вы себя чувствуете?

– Ничего, дорогой стул, ничего.

– А капельницу прокапали?

– Да, естественно, ну куда нам без капельницы, это вам, молодым, а нем-то никак.

Кто-то в белом халате, врач, наверное, выходит на крыльцо кубического здания и закуривает. Что он, интересно, закуривает: сигареты «Космос», или сигареты « Парламент», или сигареты «Кент», или какие-то другие?

Но длительное курение сигарет молодым врачом не входит в наши планы – он быстро заканчивает курение и скрывается в кубическом здании, которое, конечно, на самом деле совершенно не кубическое, но все равно, все равно, все равно.

Стоп. Почему врач? Откуда здесь какой-то там «врач»? Откуда появился человек?

– Глубокоуважаемый шкаф, ну и как вам все это?

– Отлично! Отлично!

– Что отлично?

– Отлично! Отлично! Смотрите, они все-таки существуют!

comments powered by Disqus